skurlatov (skurlatov) wrote,
skurlatov
skurlatov

Category:

Субъектность против либерастии 1

Как понять крах СССР в 1991 и катастрофу США в 2020? То, что на наших глазах происходит в Америке - не укладывается в мозгу привычно мыслящих экспертов. Лепечут что--то о происках "финансовой олигархии" и особенно Сороса, о предвыборном заговоре демпартии, о "расовом реваншизме" и т.п. Почему СССР распался, а КНР и СРВ, не говоря о КНДР и Кубе, - нет? Почему США оказались на краю пропасти, а в соседней Кубе, где негров не меньше белых, - всё спокойно? Почему одни организмы заболевают смертоносным раком, а другие нет? И как лечить социальный рак?

Иногда объясняют каким-то "менталитетом". Но "менталитет" разный у родичей даже в одной семье. Когда говорят, что русские-де "не сдаются", - мне смешно. На днях напоминал, как в 2009 году на Балтике какие-то 7 кавказцев поставили на колени 26 русских матросиков и делали с ними, что хотели. Разве в 1959 году, после "разоблачения культа личности Сталина" и начавшейся деморализации, я с другим студентом физфака МГУ бурятом Геной Матхановым не ставил на колени "продвинутых" москвичей? Разве в 1991 году, когда вайнахи убили атамана Сунженского казачьего войска Подколзина и я прибыл в Карабулак на выручку, нашелся хоть один из 40 тысяч сунженских казаков, который вместе со мной и атаманами Черкашениновым и Ивановым стал бы формировать отряд самозащиты? Такого "несдавшегося" не нашлось, все надеялись на вмешательство Москвы, и вайнахи пинками под зад выгнали казачков-сунженцев из их родовых домов и даже не позволили забрать с собой имущество.

Когда был студентом и старался постичь суть Русской Революции, то читал дореволюционные подшивки суворинской газеты "Новое время" и в одном из номеров за 1903 год наткнулся на заметку о том, как в Санкт-Петербурге вел царский офицер солдат по мосту, из-под которого вылез босяк и набил командиру морду, а офицер растерялся и утерся и посчитал, что такова "мужичья правда", и покаялся за грехи царизма. Разве не столь же покаянно вели и ведут себя тогда российские и ныне американские интеллигентные Васисуалии Лоханкины?

Как все эти давние и недавние случаи подвести под "общий знаменатель"?

Этот "общий знаменатель", это смертоносное "раковое заболевание" человека и общества называю либерастией, которая является извращением-оборотничеством субъектности человека, которого "сотворил Бог по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их" (Библия книга Бытие 1:27). Или, как повествует иудейский оригинал, - "И сотворил Всесильный /= Элохим, буквально "множество высших сил"/ человека /= Адам/ по образу Своему, по образу Всесильного сотворил его, мужчину и женщину сотворил их" (Тора книга Брейшит 1:27).

Разумеется, Бог - это не дядька с бородой, восседающий на облаке, как полагает какая-нибудь простодушная бабулька, и Бог не в свечке и не в иконе, как верит какой-нибудь обрядоверец, а на компьютерном языке можно представлять то, что обиходно называется Бог, как Архипрограмму бытия сущего или как некое "творящее Слово", что и открылось "человеку, посланному от Бога" Иоанну - "В начале было Слово /Логос/, и Слово /Логос/ было у Бога, и Слово /Логос/ было Бог. Оно было в начале у Бога. Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть. В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков. И свет во тьме светит, и тьма не объяла его" (Евангелие от Иоанна 1:1-5). Субъектность - это осознание причастности к обязывающему высшему началу (Слово-Логос-Архипрограмма) через свободу своей воли различать и выбирать добро и зло, ощущение предписанности своего существования и тем самым своего высшего долга ("категорический императив" Канта). Долг или "зов" бытия довлеет над правами сущего, которые суть лишь средства для достижения целей, предусмотренных-предопределенных Архипрограммой-Логосом-Словом. Субъектное в пределе - это не просто богоподобное , но богоравное.

А либерастия подменяет-затмевает присущий субъектному высший долг бытия теми или иными возводимыми в абсолют правами того или иного сущего, даже низменного-противоестественного , а права субъектного, неотрывные от исполнения долга бытия, проецируются-переносятся на права досубъектного сущего в личине якобы "человечности-равноправия-справедливости". В результате высшее предназначение человека, общества и истории, реализуемое в трудах и боях, вытесняется соблазнами сиюминутного потребления сущего во всех его халявах, доставляющих иллюзорные, расточительные и вредоносные удовольствия "здесь и теперь", что оправдывается необходимостью якобы искупить "грехи и преступления прошлого".

Понятие "субъектность" недавно не без моего участия вошло в моду, но пока наряду с его вывертом "либерастия" понимается поверхностно, несмотря, например, на титанические усилия крупнейшего мыслителя современности Мартина Хайдеггера по прояснению сути человеческого сущего Dasein, сопряженного с бытием-бытью Sein, временем Zeit, зовом Ruf, творящим словом Ereignis. Историческо-политическая практика - критерий философско-социологической истины. Нынешние события в США и вообще на Западе - блестящее подтверждение субъектного понимания человека, общества и истории, которое вбирает-"снимает" материалистическое (марксистское) понимание подобно тому, как эйнштейновская физика вбирает-"снимает" ньютонианскую.

Вспышка субъектности в человеке отражена в мифе о Грехопадении, но ещё до Грехопадения формировались предпосылки самоосознания у первых людей, созданных "по образу и подобию Божьему". Так, непосредственно перед Грехопадением человек обрел способность давать имена сущему, что было недоступно даже Ангелам (Священный Коран, Сура 2 Аль-Бакара /Корова/ 2:31-34). Когда же в событии Грехопадения случился прорыв субъектности, сопряженный с сексуально-гендерным разрывом (Ева соблазнилась сама и соблазнила Адама), то у наших предков "и открылись глаза у них обоих, и узнали они, что наги, и сшили смоковные листья, и сделали себе опоясания" (Бытие 3:7). И они прикоснулись к высшему долгу выбора между добром и злом, и обретенная субъектность вознесла их от богоподобия к богоравенству. "И сказал Господь Бог /в Торе - Всесильный, Элохим = "множество высших сил"/: вот, Адам стал как один из Нас, зная добро и зло" (Бытие 3:22).

Впрочем, все эти моменты обсуждал я в 1970 году с палеопсихологом Борисом Фёдоровичем Поршневым, автором трактата "О начале человеческой истории" (1972), который, по-моему, ныне очень актуален в связи с последними открытиями в антропогенезе (архантропы, неандертальцы, денисовцы и т.д.).

Вся история человечества определяется волей восхождения к субъектности (свободе) через тернии и соблазны сущего к звездам бытия, к исполнению высшего долга, предписанного Архипрограммой-Логосом-Словом. Естественно, на тернистом скалистом пути вверх неизбежны срывы-затемнения через выверты-завихрения либерастии. В чем же высший долг, выделяющий субъектность из тьмы либерастий, и соответственно высшая цель и высший смысл и высший акт человеческой истории? Для ответа на этот главный "вечный вопрос" необходимо проникнуться рационально-критической Правой Верой, которая вбирает в себя, интегрируя, откровения пророков и вероучителей, прозрения мудрецов и поэтов, открытия ученых и технософов.

Даже у досубъектного человека есть некая "вера", сопряженная с врожденными инстинктами и внушенными извне рефлексами и алгоритмами типа 2х2=4. Но "вера" субъектного человека, который в основном руководствуется собственным интересом, питаемым (см. далее) его самодостаточной собственностью, формируется изнутри через более-менее рационально-критическое осмысление существующих знаний, проповедей и ритуалов и потому способна возвыситься от мифологического к философскому. Философия же возникает на достаточно высокой ступени развития производительных сил общества, когда старые боги-верования стали подвергаться сомнению и вопрошанию. И философ как вопрошающий о смысле существования себя и мира возносится над своим сущим и потому субъектен по определению. Поскольку философия - дело субъектное, то подлинный философ "верит" не в бородатого дядьку на облаке и не в какую-нибудь "мироточащую", "чудотворную" и пр. "икону", а исходит из глубины своего вопрошающего самосознания. Поэтому немецкий мыслитель Карл Ясперс проповедовал век назад рационально-критическую "философскую веру", вбирающую в себя системные ответы на "вечные вопросы" и преодолевающую суеверия и обрядоверия. Ныне же не только философам, но и соучастникам глобального "общества знания" пристало не брать извне тот или иной "изм" или ту или иную "догму", а воспринимать то, что он сам изнутри, опираясь на свой собственный и на заимствованный им у других опыт и на достижения наук, считает "правильным-правым". Поэтому вместо предложенного Ясперсом термина "философская вера" целесообразнее и своевременнее использовать название "Правая Вера".

Однако если человек проникается правоверной установкой, он понуждается искать "общий знаменатель" разноликого в разных культурах и идеологиях глубинного знания. И в итоге обнаруживается, что если вникнуть в суть откровений-прозрений-открытий, то правоверный ответ на "вечные вопросы" - один-единственен. Он отчеканен, например, арийскими жрецами - "Бог Сам Себя приносит Себе в жертву руками Своих детей" (см. Ригведа, Мандала Х, Гимн 90 Пуруша, особенно стих 16). Будда узрел высшую цель-смысл-акт в прорыве в нирвану, Иисус Христос явил этот ответ на саможертвенной Голгофе, ислам самой этимологией этого слова (и слова мусульманин) вещает о правоверной самоотдаче высшему долгу, один из моих учителей марксист Эвальд Васильевич Ильенков сформулировал эту высшую цель человечества в трактате "Космология духа. Попытка установить в общих чертах объективную роль мыслящей материи в системе мирового взаимодействия (Философско-поэтическая фантасмагория, опирающаяся на принципы диалектического материализма)" (1953).

Высший акт "переформатирования жесткого диска" бытия сущего и запуска Архипрограммы бытия сущего через сопряжение Точки Омега Конца с Точкой Альфа Начала (Круг Времени = Вечное Возвращение) удобно назвать рукотворным Богосаможертвоприношением, если под "Богом" понимать высшее волевое начало, включающее субъектных людей. Ибо, как сказал "Бог в сонме богов" в Псалме 81 (Псалом Асафа), - "Я сказал: вы - боги, и сыны Всевышнего - все вы". Иисус Христос, обращаясь к Иудеям, подтверждает - "Не написано ли в законе вашем: "Я сказал: вы боги"? (Евангелие от Иоанна 10:34). Саможертвоприношение Иисуса Христа столь же богосаможертвоприносительно, как и принесение в жертву земного телесно-сущего "микрокосмоса" в лице Пуруши, Агнца, Адама Кадмона и других персонажей древних мифологий.

Субъектная Правая Вера предполагает взятие мирового процесса и вообще истории-судьбы бытия под контроль человека, это "прикладная эсхатология", тогда как антисубъектная либерастия предает человека под контроль разнузданных хотелок сущего. Необходимым условием эсхатологического сопряжения Точки Омега Конца с Точкой Альфа Начала является воскрешение прошлого или "воскрешение мертвых" как системы реперных точек рукотворной Архипрограммы бытия сущего. Противостояние субъектного и либерастского проходит ныне прежде всего в виртуально-цифровом измерении. Либерасты соблазняют халявами цифровизации-чипизации и верховенством прав меньшинств и извращенцев над правами остальных, и прежде всего над правами тех субъектников, которые используют эти права как средства прорыва к высшей цели. Соответственно формирующийся Сплот Правоверных строит универсальную информационно-репутационную систему Панлог http://panlog.com, нацеленную на воскрешение и сортировку живущих и умерших как предпосылку запуска Архипрограммы (Словострел творящего Слова-Логоса).

Обрести субъектность дано не каждому (см. далее), но и не все те, кому дарована свободная воля, откликаются на зов бытия или зов совести (со-весть, Благая Весть тех же евангелий) и выбирают добро высшего служения, но многие сбиваются с праведного пути и поддаются соблазнам сущего. Зов бытия-Sein индуцирует волю человеческого Dasein к субъектно-утвердительному "Да!" - "Да-Быть", а враг рода человеческого соблазняет человека - "Скажи "Нет!" субъектному долгу бытия, ты же имеешь право насладиться сущим здесь и теперь!". Как вопрошает Гамлет - "Быть или не быть - вот вопрос /To be, or not to be, that is the question/". И многие слабые люди выбирают "Нет-Быть", и зачастую отказываются от высшего права человеческого первородства как исполнителя долга бытия, предпочитая жалкое право насладиться чечевичной похлебкой и преходящими удовольствиями сущего, и у некоторых даже ломается волевой стерженек их предписанности-Entwurf (в эмпирии - характер), и сломленные-сдавшиеся сливаются в унитаз обезличенного десубъектизированного das Man ("пипл").

"Искорка" субъектности присуща каждому человеку, сотворенному "по образу и подобию" Бога, однако она обычно не возгорается пламенем и её росточек не прорастает, поскольку гасится необходимостями существования, под тяжестью которых люди не дорастают до Dasein и остаются в обезличенном das Man. Задача правоверных - не просто добиваться социализации людей и обеспечивать им достойную жизнь через кормление, здравоохранение и образование, но вырастить-взрастить зависимого от взрослых дядей "ребенка" до самостоятельности, возвысить как можно больше людей до субъектности. И здесь на пути благого намерения "социализировать всех" поджидает коварная ловушка либерастии, а именно подмена труда самореализации субъектного в человеке - халявой социального потребительства, лишающей человека стимула к субъектизации.

Субъектизация - восхождение через саможертвенный труд к экономической самодостаточности, поддерживающей и питающей внутренний собственный интерес, который ассоциирован с исполнением долга, а либерастия - через дармовую халяву удовлетворяет врожденные инстинкты и подпитывает внушаемые (в том числе контр- и анти- субъектные) рефлексы, которые прикрываются демагогией о "правах человека" и особенно о "правах меньшинств". Труд и порождаемый им внутри интерес - лоно субъектности и всех добродетелей, а халява и порождаемые ею извне рефлексы - лоно либерастии и всех пороков.

Чтобы как можно больше людей могли из оков нищеты, т.е. материальной зависимости от внешнего источника-распределителя благ, освободиться-вырваться к богатству, т.е. к материальной независимости от внешнего Другого, необходимо развитие производительных сил человечества. Это развитие к богатству-богоподобию и в пределе к богоравенству обеспечивается потенциально-творческим трудом, который многие тысячелетия свершался коллективно и потому инерционно-скованно и медленно - собирательство дикоросов и съедобных насекомых, рыболовство, охота (в том числе на людей - каннибализм). Первобытная община социализировала-воспитывала-кормила каждого своего члена, но, конечно, не субъектизировала. Однако несколько тысячелетий назад с переходом от присваивающей экономики к производящей появились у сильного человека возможности самому содержать себя, отпочковаться от общины и стать субъектным.

Сильный пол - мужчина. С возникновением скотоводства достаточно было овладеть несколькими "капита" (голов крупного рогатого скота), чтобы стать экономически-самодостаточным "капиталистом-патриархом". А где материально-экономическая самодостаточность - там и военно-политическая экспансия против традиционных "первобытно-коммунистических" общин, в которых на стадиях собирательства и земледелия доминировали порядки т.н. "матриархата". Так свершилась субъектная по своей сути "патриархальная революция", отражение которой в мифах - схватка новых патриархальных богов Индры, Зевса, Перуна и т.п., которых первые субъектники представляли по своему образу и подобию, с богами общинного прошлого. Труд и война высвобождали субъектность с каждым новым прорывом производительных сил.

Благодаря освоению железа в 9-3 вв. до новой эры ("Осевое Время" /Achsenzeit/ согласно Карлу Ясперсу или "Железный Век" согласно археологии), увеличились излишки продукции и соответственно взошли зерна и плевелы как субъектности, так и либерастии. Доля в городах экономически-самодостаточных и тем самым имеющих собственный интерес и потому склонных к социально-политической субъектности горожан-граждан ("бюргеров-буржуев" от корня "бург" = "град") достигла если не "критической массы", то "стартовой закваски" демократии. Самодостаточники стали определять порядки в ряде городов-полисов, не допуская в свой круг нищих-зависимых - демократия не для нищих, такова изначальная парадигма демократического общества. Субъектизировалось и сознание, возникли новые раскованные формы мироотношения, искусства, религии - Будда и Махавира в Индии, Заратустра и Шенраб в Иране, Конфуций и Лао Цзы в Китае, иудейские пророки в Палестине, античные философы и ученые в Греции etc. Однако, несмотря на расцвет-разгорание ряда локальных очагов субъектности, она не смогла развиваться ни на локальном, ни на глобальном уровнях. Она буксовала, скукоживалась или совсем затухала в условиях наступившего "века империй", поскольку самодержец, духовенство и аристократия стремились подавить низовых самостийников. Либерастия тоже не дремала и извращала демократию, заражая её раковыми метастазами халяв, педерастии и прочих грехов сущего. Участь Содома и Гоморры общеизвестна, но ещё более поучительна беспощадная расправа Моисея над древними евреями, которые исполнению высшего долга предпочти халявы Золотого Тельца (Исход 32).

В века Средневековья продолжала субъектность мерцать и даже иногда светить в ряде мест Запада и Востока, известны Каролингское и Мусульманское Возрождения, развивался протокапитализм в китайской династии Южная Сун, но особенно продвинулась в развитии производительных сил и соответственно к новому взлёту человеческого духа Западная Европа, в которой в 15 веке произошел "взрыв сверхновой звезды низовой субъектности", и в вихрях и завихрениях этого сверхвзрыва родилось и продолжается и приближается к эсхатологической развязке Новое Время (Модерн). Поведал о соотношении субъектности и либерастии в истоке Нового Времени великий мыслитель Мартин Хайдеггер в работе "Время мирообраза" (Die Zeit des Weltbildes, 1938), и данный мой текст основывается на высказанных там мыслях (см. мои предшествующие ЖЖ-заметки об этой работе, где привожу цитаты по немецкому оригиналу). Особенно существенно проводимое Хайдеггером различие между субъектностью, сплачивающейся-самоорганизующейся в общность Мы типа партии и нации, и произволом Я как "уродством субъектности в смысле индивидуализма".

Низовая субъектность на Руси взрастала в городах, как и на Западе и Востоке, и богатые горожане-граждане-буржуи тоже устанавливали территориальное общественное самоуправление (ТОС) в формате вече, в котором имели право участвовать для принятии решений лишь экономически-самодостаточные хозяева-"патриархи". Вечевая демократия, как и полагается любой подлинной демократии, - это форма самоорганизации самодостаточников, имеющих собственный интерес, а не нищих, у которых собственного интереса нет, потому что у них нет самодостаточной собственности, а есть врожденные изнутри инстинкты и внушенные извне рефлексы. Демократия с равными правами на выборах - не для нищих! Поскольку ТОС надо было защищать от соседей и банд, оно (вече) нанимало тот или иной ЧОП или ту или иную ЧВК, т.е. князя ("полевого командира") с его дружиной, но могло и выгнать наемников, если не складывались отношения вече и князя.

Однако на Руси, как и на Западе и Востоке, выдвигались и подчиняли территории сильные самодержцы, которые, естественно, подавляли демократию, и тот же Великий Новгород подвергался покушениям и со стороны Андрея Боголюбского, и со стороны Ивана III, и, наконец, почти поголовно вырезал вечевиков-"буржуев" Иван Грозный. Тем не менее русская низовая субъектность, опираясь на своё самостоятельное хозяйствование, продолжала существовать и проявлялась в субъектно-протестантских городских ересях стригольников, жидовствующих и пр. и в казачьих вольницах, а в 1645 году незадолго до Раскола в моем родном городе Павлово-на-Оке на священной горе Городина костромской крестьянин Данила Филиппович (Филиппов) удостоился зова Всевышнего, и снизошел на него сам Господь Саваоф, и "духовным сыном" русского Саваофа как "русский христос" стал мой предок павловчанин Иван Тимофеевич Суслов, похороненный в 1716 году в Московском Ивановском женском монастыре (когда я, поднимаясь из метро Китай-город, направляюсь в Историчку и, минуя Солянку, иду по улице Забелина, то слева прохожу мимо Императорского Православного Палестинского общества и напротив него справа вижу стены этого монастыря).

Русские "христы" ("хлысты") создали на территории России своё состоящее из "кораблей" как бы параллельное "государство", наладили вполне самодостаточную экономику, основывающуюся на народных промыслах и торговле, в том числе международной, духовно сплачивались в экстатических радениях-кружениях, возрождали "вече" в формате "советов", дали нехилый импульс к развитию капитализма в России, финансировали революционеров, участвовали в кадровом и инфраструктурном обеспечении "советской власти" и т.д. Русское староверие во многом субъектно, оно на своих вершинах не столько староверие, сколько правоверие (протопоп Аввакум называл саможертвенных старообрядцев - "правоверными"). Впрочем, о хлыстовско-старообрядческих предпосылках Великой Русской Революции вообще и большевизма особенно написано уже немало, а русский духовно-революционный порыв к субъектности и к субъектному "штурму Неба" выразил один из провозвестников Правой Веры - "пророк Есенин Сергей" (см., например, его поэму "Инония", 1918).

Естественно, либерастия и на Руси, и на Западе постаралась извратить-вывернуть устремленность самодостаточников к субъектности. Козырная её карта - словечко "народ", а под "народом" понимается не "нация" как самоорганизация самодостаточников, а население-популяция как совокупность более-менее субъектных и потому ответственных и исполняющих тот или иной долг богатых и заведомо досубъектных нищих, на которых переносятся права субъектных. Обожествляемый "народ" демагогически выставляется как высшая инстанция, и "всенародная демократия" и "всеобщие выборы" обычно становятся орудием легитимизации или диктатуры демагога-популиста, или господства той или иной элитарной группы.

Поскольку большинство в любом народе-популяции обычно состоит из досубъектного "пипла", то либерастия при подавлении субъектности любит ссылаться на "волю большинства", которая выражена при том или ином подстроенном опросе, референдуме, голосовании, и в то же время, если мнение "большинства" выражает та или иная субъектная группа-партия, то либерастия для подрыва субъектности бьёт по ней тараном "прав меньшинства". И совсем уж безотказным способом расколоть и ослабить общество является расцарапывание старых ран и разжигание прошлых обид, и целеустремленность долга будущего подменяется разоблачительством средств прошлого. Если же построенная субъектниками система оказывается довольно устойчивой, то для её разрушения вбрасывается нищему "пиплу" такая халява велфера (социального пособия), которая парализует стимулы к субъектизации и плодит бездельников, требующих раскулачивания богатства богатых и распределения награбленного между бедными. И многие богатые, если утратили готовность исполнять бытийный долг, поддаются демагогии и готовы каяться и платить компенсации-репарации за "преступления предков", которые-де поступали несправедливо с предками бедных. Вот тогда имеем раковые метастазы в жизненных центрах государства, и организм не жилец, как было в СССР-1991 и зреет в США-2020.

Субъектное, но утопичное Просвещение вооружило буржуазную революцию лозунгом "свобода, равенство, братство", который легко поддается либерастским вывертам. "Братство" - вообще смешно, уже первый рожденный Евой "человек от Господа" земледелец Каин (Бытие 4:1) убил младшего брата скотовода Авеля. "Равенство" блокирует развитие, которое происходит лишь благодаря неравенству-градиенту. "Свобода" не даруется извне, а добывается в трудах и боях - "Лишь тот достоин жизни и свободы, Кто каждый день идёт за них на бой" (Гёте "Фауст"). Как и "народ", эти слова "свобода", "равенство", "братство" необходимо субъектно-критически переосмыслить.

Справедливости ради надо отметить, что просвещенческие утопии, в том числе "свобода, равенство и братство" и "всенародные выборы", подвергались критике со стороны более-менее реально-мыслящих социологов и политиков, в том числе Ленин в полемике по Программе РСДРП с Плехановым указывал в 1902 году, что ""все" угнетенное "человечество" ещё не знаю, освободим ли мы: напр., угнетение тех, кто слаб характером, теми, кто зело тверд характером" (ПСС. т. 6, с. 232). Однако утопия "равенства всех" и "равнозначности" на "всенародных выборах" голосов студента и профессора, бомжа из-под моста и вышколенного офицера, чернокожего бездельника и белокожего предпринимателя - ныне торжествует на Западе и в прозападнических осколках СССР. Это - катастрофа. Причем эта раковая метастаза либерастии вывернула субъектную по происхождению идею равенства субъектных таким образом, что именно ущербные "меньшинства" с их досубъектностью-десубъектностью и просто с больной психикой, якобы несправедливо страдающие в субъектном по происхождению "репрессивном обществе" неущербного "большинства", должны быть "более равными" и "более правыми (в смысле "прав человека")", чем неущербные. Тысячи томов исписали либерасты о "вине" неущербных перед ущербными, о необходимости неущербных "каяться" перед "ущербными" и заплатить им за "угнетение", в том числе прошлое. Агрессия "комплекса неполноценности" выплескивается в первую очередь на памятники, символизирующие "национальную идентичность" группы-класса-партии, правящей от имени "большинства", - так было в бандеровской Украине с её "декоммунизацией", и так на наших глазах есть в США с их "чёрной коммунизацией".

Либерастская суггестия пробила барьер субъектной самозащиты у массы американских граждан, включая финансовые и университетские круги. По сетям и телеканалам крутятся ролики - белые девушки, предположительно студентки, встают на колени и целуют ботинки негров. Если этим белым девушкам сказать, чтобы они прилюдно под камеру стали сосать черный член, они послушаются и сделают так, испытав, возможно, мазохистское наслаждение и брызнув сладостным оргазмом. Так уж устроены люди...

Либерастия становится неотразимой разрушительной силой, когда овладевает массой вроде бы субъектных по становлению-воспитанию лидеров общественного мнения (ЛОМов), инфицируя их и через них пуская метастазы как в социальную ткань, так и в центры принятия жизненно-важных управленческих решений. Либерастия выделяет яд толерастии, парализующий решимость людей и руководителей. Так было в СССР-1991, так есть в США-2010.

Либерастия верхов - необходимое, но недостаточное условие саморазрушения общества. Раковая опухоль пожаром охватывает социальный организм, когда внизу в социальной ткани имеется горючий материал недосубъектизированных. Таковой материал возник в США благодаря благому намерению в ходе "войны с бедностью" помочь материально социальным низам, прежде всего негритянским. Подтягивание низов осуществлялось по двум направлениям - одно правильное, другое извращенное. Правильное - "программа аффирмативных действий", напоминающая кое-что в ленинской "национальной политике", то есть предоставление "удочки" для низового рыбака-работника, чтобы он благодаря квотам и прочим преференциям мог быть конкурентоспособным и субъектизированным своим трудом в будущем. Извращенно-либерастское - предоставление бедным низам социальных выплат-пособий ("рыбы"), достаточных для более-менее самодостаточного существования, не прилагая, как "птичка божия", ни заботы, ни труда, - под демагогию о том, что бедные тоже имеют право на самодостаточный кусок общественного богатства, созданного пусть не их собственными усилиями, но де "рабским трудом" их нещадно эксплуатируемых предков в прошлом. "Аффирмативные действия" побуждали к целеполаганию будущего, а "социальная халява" подталкивала к обвинению прошлого и трактовалась как плата-репарация за грехи субъектных-богатых перед досубъектными-бедными. Благие либерастские намерения "накормить бедных" обернулись дорогой в ад.

Заповедано же - "кто не работает, тот не ест". А либерасты дали поесть бедным, что лишило их стимула работать и субъектизироваться и даже социализироваться. Нарушен главный закон субъектизации, предписанный людям свыше - "В поте лица твоего будешь есть хлеб, доколе не возвратишься в землю, из которой ты взят; ибо прах ты, и в прах возвратишься" (Бытие 3:19). Повторяю - субъектизация сопряжена с экономической самодостаточностью, которая добывается саможертвенным тяжким трудом-работой и соответственно самодисциплиной и обузданием своих животных хотелок ради должного. Труд-работа и делает-формирует человека свободным (=субъектным) - "рабочим" в смысле Эрнста Юнгера. Труд, в том числе творческий, выковывает действенную сталь субъектности из потенциально-субъектной человеческой руды. Добываемая трудом экономическая самодостаточность возвышает человека над врожденными изнутри инстинктами и внушенными извне рефлексами и порождает собственный интерес, способствует осознанию добра и зла в жизни своей и социальной. Отсюда - способность заглядывать вперед, пробуждение чувства долга перед собой и обществом и появление социальной ответственности.

Напротив, если экономическую самодостаточность, добываемую собственным трудом, подменить эрзацем более-менее самодостаточной халявы (велфер), то чувства долга не возникает, а возникает представление о том, что халява - это "право человека", которое должно обеспечивать Другой, общество. Вместо субъектного работника, осознающего свой долг перед самим собой и обществом, получаем безответственного недосубъектизированного бездельника, которому легко внушить представление о его праве на халяву и о том, что не он должен делать сам себя и нести долг и ответственность перед Другим в лице "общества" и "государства", а Другой, общество и государство должны ему. И о том, что халява - плата-компенсация социума за прежнюю эксплуатацию ("рабский труд") его предков. И о том, что халява, пусть и более-менее удовлетворяющая его жизненные потребности, слишком мала по сравнению с богатством субъектных-богатых и всей страны, и нужно умножить размер халявы, отняв богатство у богатых и поделив его среди недосубъектных бездельников. Ясно, что при "грабеже награбленного" и затем при потугах распределить общественное богатство среди массы неимущих субъектнее не станешь, а даже и обеднеешь, с чем и столкнулась советская люмпен-интеллигенция (аналог нынешних американских негров) после 1991 года.

Под демагогию о "правах" халявщики едят вдоволь, не работая, и наглеют и требуют все больше и больше, как старуха-халявщица в сказке о рыбаке-трудяге и золотой рыбке. Старик закинул "удочку" в море и тяжким трудом добыл золотую "рыбу", а старухе всё мало и в конце концов требует, чтобы у ней не только целовали подошвы, но чтобы она стала царицею морскою. И недосубъектизированные, этот горючий материал и носитель либерастских уличных раковых метастаз, оказываются у разбитого социального корыта без защиты государства.

Психика досубъектных и недосубъектизированных испытывает диссонанс из-за несовместимости "искорки субъектности" в сути каждого человека и гасящей эту искру либерастией, в ней демагогия "прав" подменяет самодисциплину долга, в ней, по Борису Фёдоровичу Поршневу, борются "суггестия" и "контрсуггестия", и возникающий "комплекс неудовлетворённости" обычно выплёскивается в месть прошлому и в стремление разрушить до основания систему ценностей прежних поколений, породивших их как иждивенцев настоящего. Якобы прежние поколения, а не они сами, виноваты в этой их неудовлетворённости-неполноценности. И агрессия духовной ущербности оборотнически направляется на разрушение достоинства, идентичности, памяти и памятников прошлого, воплощающих-де "зло" созданного ими общества, которое породило тем не менее и выкормило разрушающих его выродков. И вина за "несправедливости" настоящего возлагается на предков, потрошатся их могилы, вымарываются следы их деятельности. Но прошлое соответствует Архипрограмме бытия сущего, оно свято, всё свершилось согласно замыслу высшей воли через "единство и борьбу противоположностей", каждое историческое деяние, в отличие от инерционного пробывания, "преступает" через предшествующие нормы и правила, и потому история - это "цепь преступлений", и каждый исторический деятель есть "преступник" по определению, и восстание против прошлого, каким бы чудовищным оно не представлялось с точки зрения преходящих мнений настоящего, - это восстание против Бога. Сказано же Иисусом Христом - "Никто, возложивший руку свою на плуг и озирающийся назад, не благонадежен для Царствия Божия" (Евангелие от Луки 9:62).

С точки зрения субъектного понимания человека, общества, политики и истории, необходимо или устранить терминологию прежних досубъектных представлений, или переосмыслить её. Прежде всего не годится и вообще подлежит изживанию просвещенческое понимание "народа" как совокупности жителей данной страны. "Народ" - ни этнос, ни племя, ни "общность" Gemeinschaft (в смысле Фердинанда Тённиса) и ни нация как форма самоорганизация низовой субъектности, ни какое-либо граждански-структурированное "общество" Gesellschaft. "Народ" в промежуточном состоянии между досубъектным "племенем" и субъектизированной "нацией" предстает некой мифологизированной абстракцией, к которой перемешаны моменты традиционной Gemeinschaft и модернового Gesellschaft. Отсюда по сей день бытуют различные термины-фантомы типа "народничество", "народовластие", "народобожие", "всенародное" и т.п., которыми пользуются демагоги-популисты. Между тем, в первых словах Преамбулы Конституции США (1787) We the People of the United States, которые обычно переводят как "Мы, народ Соединённых Штатов", под словом People на самом деле понимается не поголовье всех проживающих-пробывающих на данной территории, включая детей, женщин, бомжей, невольников-негров, индейцев и душевнобольных, а лишь основавших США самодостаточных собственников-уоспов (WASP - white anglo-saxon protestant, "белые англо-саксы протестанты"). На них и распространялось избирательное право, система выборщиков и т.п.

Голосование-демократия уместно среди самодостаточников как "равных в богатстве", аналогично в научных журналах публикуются статьи, отрецензированные-допущенные "равными в компетенции" (peer-reviewed), поскольку обладающий самодостаточной собственностью , в том числе знаниевой компетентностью головы-"капита", руководствуется собственным интересом, тогда как несамодостаточники типа нынешних российских "бюджетников" живут врождёнными инстинктами изнутри и внушаемыми им условными рефлексами извне и потому обычно легко являются жертвами демагогов и мошенников и объектами эксплуатации и манипуляции. Поэтому "всенародные выборы-голосования-референдумы" в странах с преобладанием несамодостаточного (бедного) населения обычно служат инструментами установления и поддержания авторитаризма, тирании, компрадорства.

В субъектном мире Модерна есть субъектная метрополия и её досубъектная колония, в которой по мере втягивания в мировой рынок формируется или шкурно-компрадорская "элита", или национально-освободительное "ядро". Деколонизация, происходящая в ходе модернизации, или оставляет у власти в бедных странах зависимую от "мировой олигархии" компрадор-обслугу, или мобилизует национал-патриотов. Поскольку либерастия умертвила СССР и запустила на обломках Советской империи "декоммунизацию", то к власти в обедневших постсоветских образованиях, прежде всего в РФ и Украине, пришли компрадоры, которые, как и компрадор-"элиты" в "деколонизированных" африканских странах, "прихватизируют" экономику и ресурсы и превращают "народ" в экономически-зависимый от себя объект и используют нехитрую либерастскую, псевдонационалистическую или популистскую демагогию для манипуляции подвластными им бедными массами.
(Продолжение следует)
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments