skurlatov (skurlatov) wrote,
skurlatov
skurlatov

Category:

Роль татар в становлении евразийской государственности. 3

«/стр. 25:/ Примером «толкования» истории татар как «истории тюрок», - пишет Гали Еникеев в книге «По следам чёрной легенды», - можно назвать переводы-искажения содержания исторического труда хивинского хана Абуль Гази (родился в 1605 году). Труд этот известен ныне как «Родословное древо тюрок», хотя подлинное название его – «Родословное древо татар».

Дошло до нас подлинное название труда Абуль Гази благодаря тому, что попало это историческое произведение в Западную Европу не совсем обычным образом: «Шведские офицеры, отправленные в Сибирь после Полтавской победы (1709 г. – Г. Е.), в Тобольске открыли рукопись Абуль Газиевой истории и, узнав ее содержание, постарались о составлении перевода этого творения. Филипп Иоанн Табберт Штраленберг был, думают, главой этого ученого предприятия. Бухарский ахун, знавший русский язык, диктовал перевод Абуль Газиева сочинения русскому писцу. С русского /стр. 26:/ перевода швед Шёнстрем сделал перевод на немецкий язык. В 1726 году с немецкой рукописи был сделан перевод на французский язык и издан в Брюсселе. В 1780 году издан был немецкий перевод, «под именем Мессершмидтова» (Абуль Гази. Родословное древо тюрков. Перевод и предисловие Г. С. Саблукова. Казань: Типография Императорского университета, 1906–1914, Предисловие). В том же 1780 году и англичане перевели труд Абуль Гази, с французского издания, и издали его на своем языке.

Как видим, дошло до нас многое из того, что кое-кто желал бы от нас скрыть. Также заметим, что подобных искажений текстов древних летописей переводчиками и другими толкователями – великое множество. «Ахун» же – мусульманский богослов, ученый, знаток вопросов вероисповедания. «Бухарский» – перевод-калька татарского слова «Бохарлы». Ну а Бохарлы было названием одного из родов (кланов) татар в XV–XVII веках. Татар-бохарлы и ныне много, в том числе и среди татар-сибиряков,то есть среди «сибирских татар».

В 1770 году, также «с французского перевода, сделал Третьяковский перевод труда Абуль Гази под заглавием: «Родословная история о татарах, переведенная на французский язык с рукописныя татарскыя книги, сочинения Абулгачи Баядур Хана...» (Там же, стр. IX–X). После этого прошло 136 лет, всё это время данным переводом «Родословной истории о татарах» никто в России вроде бы и не интересовался, или, вернее, тем, для кого этот труд представлял бы интерес, просто не дали знать о его существовании – так сказать, произведение историка-хана навечно «положили под сукно».

Наконец, в 1906 году российским историком Г. С. Саблуковым начал редактироваться и был издан в 1914 году текст работы Абуль Гази, но не с текста первого русского перевода, который сделали шведские офицеры с русским писцом и с татарским ахуном, в 1710-х годах в Тобольске. Та рукопись первого перевода труда Абуль Гази, с татарского на русский язык, еще ждет в Западной Европе своего исследователя. А рукопись «Родословной истории татар» на татарскомязыке – с которого диктовал ахун перевод русскому писцу – осталась тогда в Сибири. Скорее всего, и хранится сейчас где-то у потомков того татарского ахуна бесценная рукопись, как реликвия, если не попала в руки какой-нибудь научной экспедиции и не канула в недра спецхрана или если не погибла в бурные годы войн, бедствий и разгула инквизиций – романовской и большевистской.

Впрочем, «бохарлы» были известны как один из могучих и благороднейших кланов татарского народа, его представители должны были сохранить это наследие предков. И, возможно, хранится и поныне подлинная «Родословная история татар» в какой-нибудь татарской семье, но всего вероятнее, что не могут уже читать эти потомки послание своих великих предков – хана Абуль /стр. 27:/ Гази Багадура, а может, и самого Чынгыз хана, дошедшее до них сквозь столетия. И не только потому, что, возможно, и забыли свой великий язык, «невыгодный» ныне в суете текучки и в делах насущных. Некоторые ведь как полагают: татарский язык – не английский и не русский, можно, мол, и обойтись без этого «деревенского» языка. Но ещё учтем, что в советский период, именно в целях насаждения «исторической неграмотности», большевистские власти сменили татарам письменность два раза – в конце 1920-х перевели письменность татар на латинскую графику, а через пару десятков лет – на кириллицу. И письменная связь поколений, идущая через века со времен Чынгыз хана и его соратников, а то и их предков, была прервана.

А возможно, и не уберегли бесценную рукопись «Родословной истории татар» потомки ахуна-бохарлы. Ведь было довольно хлопотно и, главное, опасно хранить «бумаги с татарскими письменами и книги на татарском языке», тем более соответствующего содержания. Притом довольно опасно это было как в советские времена, так и в период борьбы с татарством и чингизизмом, которую развернули Романовы, и с особенной мощью – в первой половине – середине XVIII века, начиная с «петровских реформ». Где-то со второй половины XVIII века романовское правительство России вело борьбу с татарством и чингизизмом уже не только при помощи своих историков-западников и штатного аппарата политического сыска, но и с помощью некоторых высокопоставленных мулл-булгаристов из Духовного управления мусульман.

Но вернемся к Г. С. Саблукову, поинтересуемся, что же он там издал в Казани в 1914 году вместо перевода подлинной «Родословной истории татар», который был сделан по просьбе шведских офицеров татарским ахуном и русским писарем в морозной Сибири, за два столетия до саблуковского издания.

Повторим, что издание труда Абуль Гази на русском языке в 1906–1914 годах под редакцией Г. С. Саблукова (Абуль Гази. Родословное древо тюрков. Перевод и предисловие Г. С. Саблукова. Казань: Типография Императорского университета, 1906–1914) производилось не по первоначальному переводу, сделанному в Тобольске, – вовсе не тот текст был издан, как сейчас увидим, а совершенно другой.

/стр. 28:/ Но вот что интересно: даже не с упомянутого выше немецкого текста (второй перевод с оригинала) или с французского текста (третий перевод) издавал ученый-историк Саблуков перевод труда хана-историка Абуль Гази. И даже не с четвертого перевода – с французского на русский, – который хранился в Академии наук с 1770 года. Труд Абуль Гази «Родословная история татар» Саблуков переводил и издавал совершенно с другого текста. Точнее, «по двум текстам: по печатному, изданному в Казани в 1825 году, и по рукописи, написанному в Бухаре в 1818–1819 годах». В этих экземплярах «Родословной истории татар», точнее, его копиях позднейшего изготовления, уже было изменено название: стала она называться почему-то «Родословной историей тюрок». Но также, само собой, в копиях, изготовленных в XIX веке, были внесены «исправления» не только в название, но и в содержание «Родословной истории татар», и в весьма важных деталях. Не исключено вовсе, что изменены были, так сказать, и композиция, и сюжет произведения-родословной. В дополнение к имевшимся уже изменениям вносил соответствующие «поправки» в труд историка-хана и Г. С. Саблуков, то есть он редактировал содержание труда хана Абуль Гази в соответствии с точкой зрения официальной российской (романовской) исторической науки на те или иные вопросы истории.

Но, скорее всего, искажения в труд Абуль Гази вносились вовсе не по инициативе самого Г. С. Саблукова. Будем справедливы, ведь о подлинном названии труда Абуль Гази Багадура – «Родословная история татар», – да и о том, где мы можем искать подлинный текст этого бесценного труда хана-историка, Г. С. Саблуков нам все же сумел передать кое-какие достоверные сведения. А это уже немало, тем более если учесть время, в которое Г. С. Саблуков работал. Как раз тогда высокопоставленный вельможа царя-Романова, П. А. Столыпин, «с превеликим тщанием» боролся с «татарско-мусульманским влиянием в Поволжском крае». И, главное, вовсе не «с мусульманским влиянием» была развернута эта романо-столыпинская борьба, а именно и только /стр. 29:/ «с татарским влиянием» – романовское правительство даже поддерживало мулл-булгаристов, которые вытравливали из татар чингизизм и память об их подлинной истории и о настоящих предках.

Так что, скорее всего, едино по принуждению и строжайшему указанию свыше «исправлял» ученый-историк «научные ошибки» хана-историка, жившего в самом начале XVII века и составлявшего к тому же свою родословную – «Родословную историю татар». И притом создавал свою «Родословную историю татар» Абуль Гази на основе древних и средневековых татарских источников – «с рукописныя татарскыя книги». Но «научное руководство» Г.С. Саблукова, видимо, подлинное содержание тех книг абсолютно не интересовало. Скорее всего, наоборот – романовские историки стремились убрать всё то, что противоречило версии официальной «истории о монголах» и что еще из подлинной истории татар, возможно, оставалось в труде Абуль Гази. Видимо, поэтому и редактировал и готовил к печати «Родословную историю татар» Г.С. Саблуков так долго – с 1906 по 1914 год.

Мы можем получить кое-какое представление о том, что и как было изменено не только в названии, но и в содержании труда Абуль Гази Багадура, например, по сравнению с тем текстом, который перевели и неоднократно издали французы с первоначального немецкого перевода. Шведские офицеры с русским писцом и с татарским ахуном, а также чуть позже и французы точно перевели не только название. Например, в тексте, изданном французами, говорится, что «глаза соплеменников Чынгыз хана были сине-зеленые или темно-синие, где зрачок окружен бурым ободком». Л. Н. Гумилев приводит сведения из следующих книг: Historie de Mongols et des Tatares par Aboul Ghazi Bahadour Khan, publiee, traduite et annotee par Baron Demasion. – SPb., 1874. – T. II. P. 72; Cahun, L. Introduction a l’histore de I’Asie. – Paris, 1896. – P. 201 (Гумилев, Л. Н. Древняя Русь и Великая степь. Москва: АСТ, 2003, стр. 422, 435). А в труде Абуль Гази, изданном Г.С. Саблуковым, получается, что «глаза Борджигинов (cоплеменников Чынгыз хана. – Г. Е.) были карие».

Как известно, клан (племя) Чынгыз хана называли «борджигин» – значение этого слова до нас дошло: оно означает «синеглазый», причем было это слово-эпитет (имеет переносное значение). А вот написание и звучание этого названия было искажено при переводах и переписках-пересказах. На современном татарском языке эпитет «синеглазый» будет: бөрлегән (бёрлегэн – «ежевика» – синеглазых татары именно так и называют в переносном смысле и поныне). Как видим, со словом «бёрлегэн» произошло то же самое, что и с прозвищем-именем Тимерчың (Timerching) – «Звон железа», превратившимся у многочисленных и разноязыких авторов-переписчиков в «Тимучин» или «Темучин», а у Рубрука вообще – в «Демугин Хингей» (Еникеев, Г. Р. Корона Ордынской империи. Москва: Алгоритм, 2007, стр. 84-87 /Серия: Тайна Льва Гумилева/).

/стр. 30:/ Нетрудно догадаться, почему было внесено подобное искажение: татары Чынгыз хана, по мнению официальных романовских историков конца XIX – начала XX века, обязательно должны были «быть похожими на халха-монголов» либо в крайнем случае на иных «монголоидов-азиатов», но никак не на татар или на русских татарского происхождения.

Заметим еще, что имеется множество фактов, сокрытых официальными историками различного толка. Например, о том, что татары Чынгыз хана и сам он относились по своему антропологическому типу к «своеобразным европеоидам Востока». Л. Н. Гумилев их определяет как ветвь европеоидов, «своими корнями восходящих к кроманьонцам» и развивавшихся в Центральной Евразии (Сибири, на Алтае и в Восточном Туркестане) параллельно коренным европейцам, не смешиваясь с ними, возможно, вплоть до конца первого тысячелетия нашей эры. «Данный антропологический тип с характерной внешностью его представителей сохранен в основном и среди современных татар, а также и среди башкир и встречается часто среди русских татарского происхождения. Отмечается он также среди других народов в виде родов «монголо-татарского происхождения» – чингизидов(например, среди казахов), или даже в виде представителей отдельных племен (среди башкирского народа)» (Еникеев Г. Р. Корона Ордынской империи. – Москва: Алгоритм, 2007, стр. 102). Дополним это некоторыми сведениями из древнего татарского предания, которое изложено в татарском историческом источнике – сборнике «Дафтаре Чынгыз-намэ»:

«Мой сын Чынгыз выглядит так: в белой шубе, на сером коне, с окладистой золотистой бородой, у него осанка /стр. 31:/ и повадки ангела Джабраила (мусульмане так называют архангела Гавриила), и нет у него [вредной, греховной] привычки стегать коня [как у многих других]. Так что узнать его вы сможете» (Дафтаре Чынгыз-намэ /на татарском языке/. Казань: Иман, 2000, стр. 14). Но, видимо, людей с окладистой золотистой бородой среди живших в то время татар, как и ныне, встречалось немало, поэтому мать Чынгыз хана Алангу в качестве пароля дает свое кольцо-печатку Уйшын Майкы бию – одному из тех, которые едут к скрывавшемуся от тиранов Чынгыз хану, чтобы призвать его на ханство. Кольцо матери предъявляется Чынгыз хану, и он убеждается, что прибывшие к нему бийи (князья, рыцари) являются именно посланниками от Алангу (Там же, стр. 14–15).

Также имеется достаточно сведений и фактов, умалчиваемых (точнее, скрываемых) официальными «историками по монголам» на протяжении веков, о том, что как татары «до эпохи Чынгыз хана», так и татары Чынгыз хана, то есть соплеменники и соратники основателя и первого верховного правителя Державы Монгол, были именно тюркоязычными. То есть разговаривали и, главное, писали средневековые татары (в том числе составляли документы своего государства – Державы Монгол) на одном из тюркских языков – на старотатарском (Еникеев Г.Р. Цит. соч., Часть I, глава 2).

/МОЙ КОММЕНТАРИЙ: Спорное утверждение. Безусловно, вокруг Чингисхана сплотились как тюрки, так и монголы, и подверстывать его под одних или других неверно. Оба языка использовались в Державе Могол, так было сплошь и рядом в многоэтнических евразийских «степных империях» со скифских времен/

Как мы видели из приведенных выше примеров, множество сведений о подлинной истории татар большей частью были сокрыты как официальными историками-западниками романовской России, так и усилиями советских «партруководителей», «направлявших» историческую науку. Но тем не менее, при внимательном рассмотрении даже вполне доступных сведений из историографии можно сделать уверенный вывод: не соответствуют реальности утверждения о том, что средневековые татары Чынгыз хана якобы были «полудикими кочевниками, предками современного народа халха-монголов» (Еникеев Г.Р. Цит. соч., Чести I и II).

Если мы проведем обзор сведений из мировой историографии (подробнее на некоторых из них остановимся ниже), которые оставили о татарах авторы различных народов в разные времена, то мы увидим, что и арабы, и персы, и китай/32/цы начинают упоминать о народе татар примерно с VII–VIII веков. Притом, повторим, многие сведения о татарах «до периода монгольских завоеваний» не особо «афишируются» официальными историками в своих трудах – ниже увидим, почему.

В сочинениях многих современных официальных историков, которые в той или иной мере упоминают древних и средневековых татар, особо подчеркивается, притом безо всяких обоснований, что, мол, татары Чынгыз хана и «татары до Чынгыз хана», во множестве упоминаемые в мировой историографии, к современным татарам «не имеют отношения». Притом сведения о древних и средневековых татарах намеренно не упоминаются в трудах тех историков, которые стараются сочинить «самостоятельную, отдельную историю» для определенной части татар, например «казанских». Предками большей части современных татар в последнем случае объявляются «волжские булгары», хотя, как уже говорилось, название «булгар» было в Поволжье и на Урале примерно с IX века именно собирательным названием различных, по преимуществу тюркских, племен – подданных Булгарского государства (Валиди Туган А. История башкир. История тюрков и татар /на башкирском языке/. Уфа: Китап, 1994, стр. 222).

При этом полностью игнорируется бесспорный факт, что этнос татар рядом с Булгарским государством в тот же период (VIII–XI века) создал мощнейшее Кимакское государство, каган (верховный хан) которого имел огромное влияние на «тюркских царей и назначал кыпчакских ханов» в Восточной Европе и Центральной Азии (Гумилев Л. Н. Тысячелетие вокруг Каспия. Москва: Айрис-пресс, 2003, стр. 227; Кумеков Б. Е. Государство кимаков IX–XI вв. по арабским источникам. Алма-Ата: Наука. Казахская ССР, 1974, стр. 42–44; Арсланова А. А. Остались книги от времен былых... Персидские исторические сочинения монгольского периода по истории народов Поволжья. Казань: Татарское книжное издательство, 2002, стр. 193). Причем рост влияния «кимакских» татар и распространение их на территориях Южной Сибири, Восточной Европы, особенно Нижнего и Среднего Поволжья, отчетливо прослеживается как на сведениях различных авторов XI–XII и последующих веков, так и на данных археологии. Но все это, как ни странно, при сочинении истории о предках татар, проживающих ныне в Республике Татарстан и происходящих оттуда, никак не учитывалось официальными историками Татарской АССР и не учитывается ими и ныне.

/стр. 33:/ Фактов не только пренебрежительного отношения к сведениям о подлинной истории татарского народа, но и искаженного толкования этих сведений различными авторами разных времен великое множество, перечисление и анализ их может составить объем не одного тома. Но вот почему произошло подобное искажение истории татар, в чем истоки этого явления в мировой историографии, в принципе, догадаться нетрудно. При этом не все исторические источники и сведения о татарах, которые существуют в настоящее время, нам известны и доступны в силу определенных причин, о которых будет сказано ниже. «...А из того, что нам известно, многое искажено в угоду интересам тоталитаризма» (Исхаков Д. М. Татары. Набережные Челны: КамАЗ, 1993, стр. 3).

Заметим также, «что «многое искажено» и неверно истолковано в официальной истории не только в угоду интересам «тоталитарной системы, господствовавшей в последние десятилетия», но также в интересах тех, кто оказывался противниками наших, россиян, предков в различные периоды истории в различных частях Евразийского континента. А противников было немало – и сообразительных, и сильных, по причине исключительной организованности, мобильности и уживчивости на местах, и «дерзанья безмерного» древних татар и их соратников в достижении своих целей, присущего им «ощущения континента», подобно «западноевропейскому ощущению моря». Приведем это высказывание П.Н. Савицкого полностью: «Скажем прямо: на пространстве всемирной истории западноевропейскому ощущению моря как равноправное, хотя и полярное, противостоит единственно монгольское ощущение континента» (Гумилев, Л. Н. Черная легенда. Сборник. – Москва: Айрис-пресс, 2003, стр. 467).

Заметим, что в моих книгах приведено достаточно сведений из разных источников и дано обоснованное пояснение того, почему Держава татар Чынгыз хана была названа «Монгол» и почему ее верноподданные (в особенности носители ее идеологии – чингизизма) назывались монголами. Это название политического сообщества верноподданных государства Чынгыз хана, его соратников и потомков произошло от названия, данного ими своей Державе, от старотатарского слова Мәңгел («Мэнгел»), что значит «Вечная». Позже, при многочисленных переписках-переводах, слово это превратилось в «Монгол» и в таком виде дошло до нас. Таким образом, название «монгол», «монголы» никак не означало этническую принадлежность. Хотя поначалу относилось в основном именно к средневековым татарам, первым основателям и идеологам Державы татар. Чуть позже, с присоединением к движению Чынгыз хана представителей других народов, «монголами» называли и их, например, различные тюркские народы и племена, китайцев, таджиков и многих других.

/стр. 34:/ «Против татар и их союзников, против создаваемых ими государств их противники боролись, естественно, используя всевозможные способы – в том числе используя, как бы сейчас выразились, средства информации, агитации и пропаганды, основную часть которых представляли в то время различные документы (письмена) на бумажных и других носителях. Последние, естественно, оказывались также и сами объектом воздействия, когда кто-либо был заинтересован в уничтожении (или изменении) информации, прежде всего информации о своем противнике, пытаясь пресекать тем самым возобновления организации, сопротивления противника, и по возможности уничтожить самую память о нем. Ведь никто не возразит, что информация, изложенная в виде каких-либо сведений, с давних времен имеет значение в политике, включая внешнюю (Усманов М. А. Татарские исторические источники XVII–XVIII вв. Казань: Изд-во КГУ, 1972, стр. 16–17)], и особенно в ее «концентрированном выражении» – войнах. И противостоянием государств, этносов (племен, народов), в том числе и войнами, изобилует история человечества. И та или иная информация является зачастую своеобразным стратегическим, да и тактическим оружием, могущим воздействовать на людей с тем или иным результатом, например, оказать положительное влияние на сплочение людей либо, наоборот, настраивать определенные части общества противника друг против друга, разделяя и ослабляя его.

Из сказанного следует, что при изучении массы информации, имеющейся в историографии, «для того чтобы не захлебнуться в калейдоскопе сведений, принято отбирать из них достоверные и выстраивать их по ходу времени» (Усманов М. А. Цит. соч., стр. 78). А чтобы не игнорировать объективность и «причинность, которая превращает собирание сведений в поиск истины (историю)» (Там же), необходимо при анализе этих сведений и сопоставлении различных фактов задаваться также вопросом: кому и что было выгодно (или позволительно) со/35/общать в той или иной ситуации, при составлении документа (произведения), служащего для нас источником сведений.

Теперь мы можем определить, что название «татары» – не «обидная кличка», и означает оно вовсе не «варвар», и не «дано» татарскому народу в «недавнем прошлом», а живет, как и у большинства народов мира, издревле в татарском народе его самоназвание и сохранено оно как память о достойных предках. И никакой это не «скользящий этноним», якобы «переходивший от одного народа к другому» в течение одного столетия или даже за более короткий период, как нас пытаются убедить некоторые авторы «партийных книжек» советского производства незабываемых семидесятых годов.

Иное дело, и факт остается фактом, что древние татары были уникальным, очень мобильным, высокоразвитым и высокоорганизованным для своего времени народом, способным как к кочевой, так и к оседлой жизни, и были в силу этого распространены уже в VIII–IX веках на обширнейших территориях Евразии. И особенность эта была обусловлена соответствующими условиями становления данного этноса» (Еникеев Г. Р. Чингиз хан и татары: мифы и реальность. Казань: Магариф, 2007, стр. 29-30).

Возникновению и развитию народа, этноса татар, сохранившего свои основные признаки до настоящего времени, сопутствовали определенные природные, географические, общественно-экономические и политические условия. Судя по многочисленным упоминаниям о татарах в мировой историографии – в древнетюркских, арабских, восточнотуркестанских, китайских, персидских, русских, татарских и западноевропейских источниках, – развитие татарского этноса происходило отнюдь не на ограниченной территории. Татары были «замечены» их современниками – историками-летописцами и географами различных народов, почти одновременно в разных местах Евразии – Великой Степи, начиная примерно с VI–VIII веков. Причиной подобного «стремительного», по историческим меркам, распространения татар были соответствующие условия возникновения и развития данного этноса.

/стр. 36:/ Л. Н. Гумилев дал емкое и точное определение территории, на которой происходило развитие этноса средневековых татар и которая «в трудах европейских географов до XVIII в. называлась Татарией» (Гумилев Л. Н. Ритмы Евразии: Эпохи и цивилизации. – Москва: АСТ, 2004, стр. 33). Это «субконтинент Евразия» – часть континента Евразии, покрытая степями и лесостепными зонами, – далее мы ее, как и евразийцы, будем называть просто «Евразией». Западный край Евразии – это примерно линия бывшей границы между Польшей и СССР («положительная изотерма января». – Л. Н. Гумилев), включая венгерскую степь и северный берег Черного моря. На востоке Евразия ограничена Великой китайской стеной, проходящей по северо-западной границе субтропиков Китая. С севера и с юга границами Евразии являются тундра и пустыни, горные массивы. Таким образом, «Евразия имеет естественные границы, определяемые соответствующими физико-географическими условиями» (Там же). Согласно взглядам евразийцев, территория Евразии является «месторазвитием» Евразийского суперэтноса – сообщества различных этносов (народов), обитающих столетиями на соответствующих ландшафтах, в основном степном и лесном. Также евразийцы обоснованно полагают, что взаимоотношения этносов (народов) Евразийского суперэтноса в течение многих веков их сосуществования объективно определялись в основе своей общими интересами и взаимной «положительной комплиментарностью» (то есть сотрудничеством и союзом), а отнюдь не вечной враждой и борьбой на истребление, например, «кочевников с оседлыми народами», «славян с тюрками» и т. д., как утверждают европоцентристы.

Незаурядный историк и географ Мурад Аджи, много лет посвятивший изучению тюркской истории нашего Отечества, заметил: «Господа, откройте географическую карту допетровской поры, там южнее реки Оки отмечено огромное государство Татария. Оно тянулось до самого Кавказа. Его население говорило по-тюркски. До сих пор в иных селениях здесь не забылась татарская речь, хотя население обращено в славянство» (Аджи М. Как исчезали татары в России; электронный ресурс http://www.adji.ru/interview_2_3.html).

Мы можем посмотреть эту карту /стр. 37:/ в приложении 16. Как видим, территорию Евразии до XVIII века занимала огромная страна – Великая Татария, «с ее поселениями, городами, станицами, дорожными станциями... Географическая карта – серьезный исторический документ, несущий информацию не меньшую, чем пухлая книга... сохранила то, что не помнят люди» (Аджи М. Азиатская Европа. Москва: АСТ, 2006. стр. 41).

Ко времени возникновения и распространения татарского этноса по Евразии наследие великих каганатов – древнетюркская культура, ставшая основой татарской, «уже доминировала от Байкала до Альп. По всей степной зоне».

И это название – Великая Татария, появившаяся на картах на месте великих тюркских каганатов, – отнюдь не означало «страну варваров», как стремятся убедить нас некоторые. Вряд ли стали бы в таком случае образованные шведские офицеры-аристократы с таким увлечением и заинтересованностью переводить попавшую к ним в руки «Родословную историю татар». Историю народа, который, как видим, внушал уважение просвещенным представителям передовой западноевропейской страны и в 1709 году, несмотря на то, что в то время в России-Евразии уже установилось «романо-германское иго» и история татар уничтожалась, как, впрочем, изводились и сами татары в ходе романовской «европеизации» России.

Название «Великая Татария» означало, что на этих территориях проходила известная всему миру жизнь и деятельность средневековых татар, которые «уже в глубокой древности большую часть времени были покорителями и владыками большей части племен и областей своим величием, могуществом и полным почетом» (Рашид ад-Дин. Сборник летописей. Перевод Л. А. Хетагурова. Москва - Ленинград: Издательство АН СССР, 1952, стр. 102). Соответственно «из-за чрезвычайного величия и почетного положения татар другие тюркские роды полагали свое величие и достоинство в том, что себя относили к ним и назывались татарами...» (Там же). Как видим, татары еще «до монголо-татарского нашествия», в «глубокой древности покорили» Евразию, и не за счет того, что якобы подавляли других силой и своим «несметным количеством», а именно за счет своего «величия и почета». Заметим также, что выражение «в глубокой древ/38/ности» в данном случае использовано автором, написавшим эти строки на рубеже XIII–XIV веков – именно тогда составлялись летописи, вошедшие в цитируемый здесь «Сборник летописей Рашид ад-Дина» (сборник сам составлен, как полагают, в конце XIII – начале XIV века).

И что интересно: советским переводчиком были добавлены в текст летописи, в квадратных скобках, «общепризнанные сведения» о том, что эти татары, мол, хоть и были «покорителями и владыками областей», но только, мол, в Монголии. И то, дескать, где-то не больше аймака современной Монгольской Народной Республики были владения татар, ну и, мол, величие и почет их такой же был малюсенький – именно так, как видно, желал представить дело советский историк, внося свои «исправления» в древнюю летопись, вернее, этого требовало его «научное партруководство». Хотя по контексту летописи ясно видно, что речь идет о «большей части племен и областей», и не только в Монголии, а также и в Китае, и «в землях кыпчаков и в северных от них областях, и в землях келаиров и башкир» и т. д. (Там же, стр. 102-103). То есть речь в летописи идет именно о «большей части областей» Евразии-Татарии – Великой Степи, на которой проживали и, как видим, доминировали средневековые татары уже задолго до «монголо-татарского нашествия» – от Великой китайской стены до Черного моря.

Разумеется, внесение подобных искажений-поправок призвано было создать у читателя убеждение, что татары те средневековые якобы абсолютно никакого отношения к современным россиянам не имели – «растворились», мол, без остатка среди неизвестно кого и неведомо где. Но даже после всех искажений первоначальных сведений древних летописей о средневековых татарах – предках не только современных татар, но также и многих и многих русских и башкир, многих представителей и других тюркских народов стран СНГ, – остались еще сведения об их величии, могуществе и полном почете среди народов мира.

Остались, как видим, эти сведения даже после искажений и подтасовок, внесенных еще персом-шиитом Рашид /стр. 39:/ ад-Дином, его соавторами и хозяевами, задолго до «исправлений» переводчиков XIX–XX веков. Ведь не убрать всех первоначальных источников, слишком явная была бы подтасовка, да и что останется в истории человечества, если «всё о татарах убрать» – эти самые татары играли в ней весьма и весьма значительную, и притом весьма положительную, роль. И при объективном рассмотрении многих сведений историографии становится ясно, что были эти средневековые татары на самом деле такими, что многие и многие роды «полагали свое величие и достоинство в том, что себя относили к ним» (Там же, стр. 102–103). Подробный критический анализ некоторых «специфических» сведений, относящихся к истории татар, содержащихся в «Сборнике летописей Рашид ад-Дина» и в других «источниках, поверив которым, историки сочинили ложную историю монголов» (Гумилев Л. Н. В поисках вымышленного царства . Санкт-Петербург: Абрис, 1994, стр. 221) – подробнее смотри в моих предшествующих книгах.

Таким образом, местом развития древних и средневековых татар была значительная часть Евразии, Великая Степь - «степная полоса от Хингана до Карпат, ограниченная с севера «таежным морем», то есть сплошной полосой леса, а с юга пустынями и горами, у подножий которых располагаются оазисы» (Гумилев Л. Н. Ритмы Евразии: Эпохи и цивилизации. Москва: АСТ, 2004, стр. 55–56). Именно по всей Великой Степи стали доминировать татары к концу XII века, и «по той же причине, вследствие силы и могущества татар», возникла в начале XIII века Держава Монгол (Рашид ад-Дин. Сборник летописей. Перевод Л. А. Хетагурова. Москва – Ленинград: Издательство АН СССР, 1952, стр. 103; Васильев В. П. История и древности восточной части Средней Азии, от X до XIII века, с приложением перевода китайских известий о Киданях, Джуржитах и Монголо-Татарах // Записки Императорского Археологического общества. Том XIII. Санкт-Петербург, 1859, стр. 136–137). При этом будем иметь в виду, что также и «Восточная Европа, точнее – Западная Евразия, органически связана с Великой Степью». Все народы этих территорий, предки современных россиян и не только, входили в сообщество народов (этносов), которое Л. Н. Гумилев назвал Евразийским суперэтносом, или Евразийской цивилизацией. Соседями Евразийского суперэтноса были сообщества народов, «суперэтносы Срединная равнина, называемая ныне “Китай”, Афразия (Ближний Восток и Иран) и Западная Европа – Романо-германская целостность» (Гумилев Л. Н. Ритмы Евразии: Эпохи и цивилизации. Москва: АСТ, 2004).

Термин Хитай (или Хатай, Китай) означал в средневековье северную пограничную область Китая (Катай, Cataya Марко Поло, по его словам, там много христиан, идолопоклонников и мусульман)». Месторазвитием этноса (народа) средневековых китайцев (самоназвание хань) была Срединная Равнина – «Мачин (а также Манзи) – Южный Китай или же Чин – Китай в собственном смысле слова» (Рашид ад-Дин. Сборник летописей. Перевод Л. А. Хетагурова. Москва - Ленинград: Издательство АН СССР, 1952, стр. 47, 160). Оттуда китайцы (ханьцы) и распространялись на Север и на Запад, на территории Монголии и Восточного Туркестана.

/стр. 40:/ Сделаем промежуточный вывод, что этнос (народ) татар существовал уже в раннем средневековье и обитал на обширных просторах Евразии, и был этот этнос весьма деятельным, развитым в материальном и культурном отношении, выделяясь вследствие этого «величием и полным почетом» среди многих народов мира. Именно об этом свидетельствуют сохранившиеся в мировой историографии сведения о татарах и локализация современного татарского населения в России и в странах ближнего и дальнего зарубежья. Современные татары, прямые потомки средневековых татар, проживают и ныне на обширной территории – от Байкала до Польши и Румынии включительно. На тех же территориях проживают и многие родственные татарам тюркские народы, у которых практически одинаковый с татарами язык и много других общих признаков, поскольку среди них также имеются во множестве потомки средневековых татар, и, как было замечено выше, немало их также и в русском народе. А это означает, что имеется и общая с современными татарами история у многих народов России и «стран СНГ».

Соответственно и у современного татарского народа имеется история, причем весьма богатая и обширная. Главное – история не совсем та, вернее, совсем не та, которая предлагалась нам до настоящего времени официальной исторической наукой, унаследованной от романовских прозападных правителей России и от идеологов-партбюрократов тоталитарного режима.

Только подлинная история татар надлежащим образом еще не исследована, более того, она сокрыта от нас разными «сочинителями истории» – пропагандистами противников наших предков, в ходе идеологической и политической борьбы между представителями разных суперэтносов – цивилизаций, вступавших в силу объективных условий развития в конкуренцию и в противоборство за влияние на континенте /стр. 41:/ Евразия. И история татар, так же как и история России, русского и многих других народов, была представлена их потомкам в искаженном виде. Это произошло в ходе многовековой идеологической агрессии, сопровождавшей постоянные попытки со стороны наиболее влиятельных политических группировок восточных и особенно западного суперэтносов покорить народы Евразийской цивилизации, предварительно разделив и стравив их между собой.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 26 comments